Взойдя на верх, я поспешно открыл чемодан, помня приказание дяди сой- ти вниз как можно скорее. Одеваясь, я заметил, что еще почти ничего не узнал из того, что хотел узнать, хотя и говорил с дядей целый час. Это меня поразило. Одно только было для меня несколько ясно: дядя все еще настойчиво хотел, чтоб я женился; следовательно, все противоположные слухи, именно, что дядя влюблен в ту же особу сам, - неуместны. Помню, что я был в большой тревоге. Между прочим, мне пришло на мысль, что я приездом моим и молчанием перед дядей почти произнес обещание, дал сло- во, связал себя навеки. " Нетрудно, - думал я, - нетрудно сказать слово, которое свяжет потом навеки по рукам и ногам. А я еще не видал и невес- ты!" И опять-таки: с чего это вражда против меня целого семейства? Поче- му именно все они должны смотреть на мой приезд, как уверяет дядя, враж- дебно? И что за странную роль играет сам дядя здесь, в своем собственном доме? Отчего происходит его таинственность? отчего все эти испуги и му- ки? Признаюсь, что все это представилось мне вдруг чем-то совершенно бессмысленным; а романические и героические мечты мои совсем вылетели из головы при первом столкновении с действительностью. Только теперь, после разговора с дядей, мне вдруг представилась вся нескладность, вся экс- центричность его предложения, и я понял, что подобное предложение, и в таких обстоятельствах, способен был сделать один только дядя. Понял я также, что и я сам, прискакав сюда сломя голову, по первому его слову, в восторге от его предложения, очень походил на дурака. Я одевался поспеш- но, занятый тревожными моими сомнениями, так что и не заметил сначала прислуживавшего мне слугу.

- Аделаидина цвета изволите галстух надеть или этот, с мелкими клет- ками? - спросил вдруг слуга, обращаясь ко мне с какою-то необыкновенною, приторною учтивостью.

Я взглянул на него, и оказалось, что он тоже достоин был любопытства. Это был еще молодой человек, для лакея одетый прекрасно, не хуже иного губернского франта. Коричневый фрак, белые брюки, палевый жилет, лакиро- ванные полусапожки и розовый галстучек подобраны были, очевидно, не без цели. Все это тотчас же должно было обратить внимание на деликатный вкус молодого щеголя. Цепочка к часам была выставлена на показ непременно с тою же целью. Лицом он был бледен и даже зеленоват; нос имел большой, с горбинкой, тонкий, необыкновенно белый, как будто фарфоровый. Улыбка на тонких губах его выражала какую-то грусть и, однако ж, деликатную грусть. Глаза, большие, выпученные и как будто стеклянные, смотрели нео- быкновенно тупо, и, однако ж, все-таки просвечивалась в них деликат- ность. Тонкие, мягкие ушки были заложены, из деликатности, ватой. Длин- ные, белобрысые и жидкие волосы его были завиты в кудри и напомажены. Ручки его были беленькие, чистенькие, вымытые чуть ли не в розовой воде; пальцы оканчивались щеголеватыми, длиннейшими розовыми ногтями. Все это показывало баловня, франта и белоручку. Он шепелявил и премодно не выго- варивал букву p, подымал и опускал глаза, вздыхал и нежничал до неверо- ятности. От него пахло духами. Роста он был небольшого, дряблый и хилый, и на ходу как-то особенно приседал, вероятно, находя в этом самую высшую деликатность, - словом, он весь был пропитан деликатностью, суб- тильностью и необыкновенным чувством собственного достоинства. Последнее обстоятельство, неизвестно почему, мне, сгоряча, не понравилось.

- Так этот галстух аделаидина цвета? - спросил я, строго посмотрев на молодого лакея.

- Аделаидина-с, - отвечал он с невозмутимою деликатностью.

- А аграфенина цвета нет?

- Нет-с. Такого и быть не может-с.

- Это почему?

- Неприличное имя Аграфена-с.

- Как неприличное? почему?

- Известно-с: Аделаида, по крайней мере, иностранное имя, облагоро- женное-с; а Аграфеной могут называть всякую последнюю бабу-с.

- Да ты с ума сошел или нет?

- Никак нет-с, я при своем уме-с. Все - конечно, воля ваша обзывать меня всяческими словами; но разговором моим многие генералы и даже неко- торые столичные графы оставались довольны-с.

- Да тебя как зовут?

- Видоплясов.

- А! так это ты Видоплясов?

- Точно так-с.

- Ну, подожди же, брат, я и с тобой познакомлюсь.

"Однако здесь что-то похоже на бедлам", - подумал я про себя, сходя вниз.