- Что, немножко трусишь? - прервал дядя с улыбкою. - Э, ничего! все свои, ободрись! главное, ободрись, не бойся! Я все как-то боюсь за тебя. Кто там у нас, спрашиваешь? Да кто ж у нас... Во-первых, мамаша, - начал он торопливо. - Ты помнишь мамашу или не помнишь? Добрейшая, благород- нейшая старушка; без претензий - это можно сказать; старого покроя нем- ножко, да это и лучше. Ну, знаешь, иногда такие фантазии, скажет эдак как-то; на меня теперь сердится, да я сам виноват... знаю, что виноват! Ну, наконец, она ведь что называется grande dame, генеральша... превос- ходнейший человек был ее муж: во-первых, генерал, человек образованней- ший, состояния не оставил, но зато весь был изранен; словом - стяжал уважение! Потом девица Перепелицына. Ну эта... не знаю... в последнее время она как-то того... характер такой... А, впрочем, нельзя же всех и осуждать... Ну, да бог с ней... Ты не думай, что она приживалка ка- кая-нибудь. Она, брат, сама подполковничья дочь. Наперсница маменьки, друг! Потом, брат, сестрица Прасковья Ильинична. Ну, про эту нечего мно- го говорить: простая, добрая; хлопотунья немного, но зато сердце какое! - ты, главное, на сердце смотри - пожилая девушка, но, знаешь, этот чу- дак Бахчеев, кажется, куры строит, хочет присвататься. Ты, однако, мол- чи; чур: секрет! Ну, кто же еще из наших? про детей не говорю: сам уви- дишь. Илюшка завтра именинник... Да бишь! чуть не забыл: гостит у нас, видишь ли, уже целый месяц, Иван Иваныч Мизинчиков, тебе будет троюрод- ный брат, кажется; да, именно троюродный! он недавно в отставку вышел из гусаров, поручиком; человек еще молодой. Благороднейшая душа! но, зна- ешь, так промотался, что уж я и не знаю, где он успел так промотаться. Впрочем, у него ничего почти и не было; но все-таки промотался, наделал долгов... Теперь гостит у меня. Я его до этих пор и не знал совсем; сам приехал, отрекомендовался. Милый, добрый, смирный, почтительный. Слыхал ли от него здесь кто и слово? все молчит. Фома, в насмешку, прозвал его " молчаливый незнакомец" - ничего: не сердится. Фома доволен; говорит про Ивана, что он недалек. Впрочем, Иван ему ни в чем не противоречит и во всем поддакивает. Гм! Забитый он такой... Ну, да бог с ним! сам уви- дишь. Есть городские гости: Павел Семеныч Обноскин с матерью; молодой человек, но высочайшего ума человек; что-то зрелое, знаешь, незыбле- мое... Я вот только не умею выразиться; и, вдобавок, превосходной нравственности; строгая мораль! Ну, и наконец, гостит у нас, видишь ли, одна Татьяна Ивановна, пожалуй, еще будет нам дальняя родственница - ты ее не знаешь, - девица, немолодая - в этом можно признаться, но... с приятностями девица; богата, братец, так, что два Степанчикова купит; недавно получила, а до тех пор горе мыкала. Ты, брат Сережа, пожалуйста, остерегись: она такая болезненная... знаешь, что-то фантасмагорическое в характере. Ну, ты благороден, поймешь, испытала, знаешь, несчастья. Вдвое надо быть осторожнее с человеком, испытавшим несчастья! Ты, впро- чем, не подумай чего-нибудь. Конечно, есть слабости: так иногда заторо- пится, скоро скажет, не то слово скажет, которое нужно, то есть не лжет, ты не думай... все это, брат, так сказать, от чистого, от благородного сердца выходит, то есть если даже и солжет что-нибудь, то единственно, так сказать, чрез излишнее благородство души - понимаешь?

Мне показалось, что дядя ужасно сконфузился.

- Послушайте, дядюшка, - сказал я, - я вас так люблю... простите отк- ровенный вопрос: женитесь вы на ком-нибудь здесь или нет?

- Да ты от кого слышал? - отвечал он, покраснев, как ребенок. - Вот видишь, друг мой, я тебе все расскажу: во-первых, я не женюсь. Маменька, отчасти сестрица и, главное, Фома Фомич, которого маменька обожает, - и за дело, за дело: он много для нее сделал, - все они хотят, чтоб я же- нился на этой самой Татьяне Ивановне, из благоразумия, то есть для всего семейства. Конечно, мне же добра желают - я ведь это понимаю; но я ни за что не женюсь - я уж дал себе такое слово. Несмотря на то, я как-то не умел отвечать: ни да, ни нет не сказал. Это уж, брат, со мной всегда так случается. Они и подумали, что я соглашаюсь, и непременно хотят, чтоб завтра, для семейного праздника, я объяснился... и потому завтра такие хлопоты, что я даже не знаю, что предпринять! К тому же Фома Фомич, не- известно почему, на меня рассердился; маменька тоже. Я, брат, признаюсь тебе, только ждал тебя да Коровкина... хотел излить, так сказать...

- Да чем же тут поможет Коровкин, дядюшка?

- Поможет, друг мой, поможет, - это, брат, уж такой человек; одно слово: человек науки! Я на него как на каменную гору надеюсь: побеждаю- щий человек! Про семейное счастье как говорит! Я, признаюсь, и на тебя тоже надеялся; думал: ты их урезонишь. Сам рассуди: ну, положим, я вино- ват, действительно виноват - я понимаю все это; я не бесчувственный. Ну, да все же меня можно простить когда-нибудь! Тогда бы мы вот как зажи- ли!.. Эх, брат, как выросла моя Сашурка, хоть сейчас к венцу! Илюшка мой какой стал! завтра именинник. За Сашурку-то я боюсь - вот что!..

- Дядюшка! где мой чемодан? Я переоденусь и мигом явлюсь, а там...

- В мезонине, друг мой, в мезонине. Я уж так заранее велел, чтоб те- бя, как приедешь, прямо вели в мезонин, чтоб никто не видал. Именно, именно переоденься! Это хорошо, прекрасно, прекрасно! А я покамест там всех понемногу приготовлю. Ну, и с богом! Знаешь, брат, надо хитрить. Поневоле Талейраном сделаешься. Ну, да ничего! Там теперь они чай пьют. У нас рано чай пьют. Фома Фомич любит пить сейчас как проснется; оно, знаешь, и лучше... Ну, так я пойду, а ты уж поскорей за мной, не остав- ляй меня одного: неловко, брат, как-то мне одному-то... Да! постой! вот еще к тебе просьба: не кричи на меня там, как давеча здесь кричал, - а? разве уж потом, если захочешь, что заметить, так, наедине, здесь и заме- тишь; а до тех пор как-нибудь скрепись, подожди! Я, видишь ли, там уж и так накутил. Они сердятся...

- Послушайте, дядюшка, из всего, что я слышал и видел, мне кажется, что вы...

- Тюфяк, что ли? да уж ты договаривай! - перебил он меня совсем нео- жиданно. - Что ж, брат, делать! Я уж и сам это знаю. Ну, так ты придешь? Как можно скорее приходи, пожалуйста!